Search

Я как будто оказался в книжке “Deadline” Тома ДеМарко и на своей шкуре прочувствовал его мысль: если почти всё время потратить на проектирование, а не на реализацию, то рабочий код пишется с первого раза. И если проектирование получилось всамделишным - в таком коде почти нет багов:)

Если грубо прикинуть: в среднем я тратил на разработку около 8 часов в день, но эти 12 дней я кодил не только шахматного бота, а ещё и хитрые автоматизации для SLSBMB. Думаю, именно на шахматы в текущем виде ушло около 50 часов чистого мозгового ресурса.

Несколько человек за эти дни спрашивали: “Зачем ты это делаешь?” и “Почему именно шахматы? Что в них такого?”

На любой вопрос есть тьма ответов. Шутка жизни в том, что они на противоположных концах мыслесферы обязаны друг другу противоречить - оставаясь при этом абсолютно верными и рациональными, если смотреть на схему в самом грубом приближении.
Во‑первых, я большой поклонник интеллекта, а шахматы…

Во‑вторых, мне просто понравились шахматы.

Я помню, как сидел в кресле в три часа ночи в кабинете поздней осенью 2023‑го, и мне вдруг засвербило срочно чем‑нибудь увлечься. Я вспомнил про шахматы и решил сыграть на первом попавшемся сайте. Проиграл десять раз подряд - и решил, что буду смотреть видосы на ютубе про шахматы, пока не выиграю хотя бы одну игру за…

Почему пешкой? Мне кажется, это самое сложное.

Видите, как всё просто.

Есть и в‑третьих, и в‑четвёртых, и в‑тридцатых я бы тоже что‑нибудь вспомнил или выдумал. Но есть штука поинтереснее.

Я всю жизнь провожу в Телеграме. Это мой цифровой дом. Местами дворец, а где‑то шалаш. Это моя шлюпка в океане людей.

Я не пользуюсь никакими другими мессенджерами. Не просто “мало пользуюсь” - вообще не пользуюсь. Они мне противны как продукты.

И это отнюдь не делает Телеграм идеальным. Телеграму со всех сторон не хватает яиц и продуктового вижена. Это явно продукт, мягко говоря, не бедной изначально команды - однозначно гениальной, но утонувшей в роскоши и проебавшей по дороге своё Stay hungry, stay foolish.

Мы много раз обсуждали в самых разных компаниях, с самыми разными людьми: как мало в Телеграме появляется новых функций. Как годами не развиваются те штуки, которые изначально сделали его таким привлекательным (элементарные вещи - например, стикеры). Звучали гипотезы, бизнесовые заумные архиэпитеты венчурного мира - такие, которыми удобно прятать бездарность за растущими метриками.

Но, насмотревшись на сотни продуктов изнутри и познакомившись с тысячами фаундеров, топ‑менеджеров‑стратегов, инвесторов, их аналитиков и датасатанистов, я понял: правда, как обычно, элементарна.

Её не нужно раскапывать. За ней не нужно наклоняться. Она уже в тебе - ты её знаешь.
Если что‑то не происходит - значит на это похуй двум силам: кто спонсирует и кто создаёт.

Уверен, так было в пещерах древности, когда волосатые голенькие люди делили у костра то, что нашли в этом странном и страшном дивном мире - за камнем.

Так было в Александрии и в Древнем Египте. Так было у голландских мореплавателей и в Шервудском лесу. Так было - и так будет.

Нельзя объять необъятное. Но и объятное не обнимут те, кому не хочется обнимать.

А мне хочется обнимать.

Я из тех, кто абсолютно искренне выбирает мир без еды вместо мира без любви.

Любовь в созидании - это не только эмоция. Это бюджет внимания. Это когда ты не можешь смотреть на кривую кнопку и говоришь: "нет, так нельзя", и тратишь ещё час жизни…

Я много фантазировал, каким был бы Телеграм, если бы его делали с такой же любовью, с какой когда‑то делали Apple, Porsche, Toyota или Valve. Он бы давно стал тем самым метаверсом из научной фантастики.

Метаверс - это же не форм‑фактор. Это над формой: воплощённое воображение.
В мире, где создатели Телеграма любят то, что они делают, Телеграм, подпитанный ресурсами, которые у него были и есть, становится моим замком в Ultima Online. Моим домом в Sims. Аналогом нашего с Машкой умного и опрятного дома в реальном мире - в который заходят люди самого разного достатка, смотрят по сторонам…

Но увы: Телеграм - не мой мессенджер. И не чей‑то, кто всерьёз преследует цель создать в действительности то, чем мессенджер, устремившийся к идеалу, мог бы стать.
Однако Телеграм хотя бы несколько раз промахнулся кликом мимо денег - и на сдачу породил инструменты, с помощью которых мы можем из говна и палок собрать свой уникальный опыт сами. Чем я, собственно, и занялся.

Канал, наполненный контентом, - это, конечно, весело. Настолько, насколько хорош этот контент для того, кто на него наткнулся. Но я решил осмелиться предложить себе, вам и вашим подписчикам нечто большее, чем просто пырить в контент.

Отныне Телеграм - это не только то, что он из себя представляет, но ещё и целый шахматный мир, который открывается одним кликом по ожившей плашке в закрепах - той самой, которая обычно “НАХУЙ НАХУЙ НИКОМУ НЕ ВСРАВШЕСЯ”, потому что это просто закреплённый пост, который устаревает через секунду и по которому кликает полчеловека в год.

Это один из немногих элементов, которые вообще есть у нас в распоряжении в этом забытом богом, максимально ограниченном интерфейсе.

И мы можем сделать из него дверь в особенную игру.
Игра - это единственный легальный способ заставить взрослого человека добровольно тренировать внимание. В мире, где внимание выдёргивают из нас рекламой, белым шумом, спамом, прочей тревогой, шахматы - это не развлечение, а маленькая духовная…

Сообщество теперь может моими руками развивать эту ожившую вкладку дальше - и превращать её во всё более захватывающее приключение в статичной коробке такого полезного, такого незаменимого и такого мёртвого интерфейса.

Интерфейс - это вовсе не дизайн прямоугольников. Это закон физики. Он решает, что вообще может случиться между людьми. Если в интерфейсе нет места для игры - игра не случается. Если в интерфейсе есть дверь - люди начинают ходить друг к другу.

Если бы я мог сделать какую‑нибудь чужую компанию хотя бы отчасти своей, то оживление Телеграма - одна из немногих гипотетических ролей, в которой я вообще могу себе это представить. Но этого не случилось. Да и вероятность была ниже, чем вероятность того, что когда‑нибудь на этой планете закончится ебучая война.

В мире, где мы бессильны остановить большие ужасы, остаётся маленькая алхимия: делать вещи, от которых кому‑то станет теплее. Каждая такая мелочь - это форма сопротивления пустоте.

Спасибо миру за то, что я могу поучаствовать в реализации мечты хотя бы так. Это мало - но мало на целую бесконечность больше, чем ничего.