Search

Барби впервые слышит музыку, которая не хочет её утешить.
Сама песня написана в до мажоре, но звучит как сомнение, потому что мелодия крутится вокруг третьей минорной ступени.

Если бы этот фильм снимали глухие говнари, они бы непременно врубили весь арсенал: тромбоны, трубы, тубы. На композиторском сленге это называется «This is the moment!»
Но у продюсеров хватило мужества дать музыке медленно…

Billie поёт:
Think I forgot how to be happy…
I’m sad again, don’t tell my boyfriend…

Это как записка на холодильнике: «Я грущу, но это пройдет. Просто подожди».

ВРЕДНАЯ ДЕВОЧКА

В тот день дочь маминой подруги устроила мне настоящий розовый террор. Она снова и снова ставила на клавиатуру свою куклу:
— Поиграй для неё. Поиграй для Барби…

Я попробовал сыграть так, будто туфелька Барби едва держится на ноге. В правой руке — лёгкий ритм триольками. В левой — неспешная поступь, как в Gymnopédie Эрика Сати.

Она заулыбалась. И я подумал, что пыткам конец.
Но я забыл, что у этой блондинки есть парень.
Мне на руки усадили пластикового пихорька:
— А теперь она влюбилась в Кена. Сыграй!

Я был молод, говнист и решил положить конец этому кукольному балету:

— Сейчас я тебе сразу сыграю, как Барби и Кен умирают в один день.

И заиграл средневековый канон Dies irae. Так страшно, как мог.

А ведь я был в шаге от того, чтобы придумать, как Барби плачет. Но не придумал. Потому что 30 лет назад никто не верил, что из пластика можно выжать слезу.
Студия Warner Brothers поверила. И продала эти девичьи слезы во всех кинотеатрах планеты.
Это была печаль в розовом. Как леденец с феназепамом.

PS
Какой вывод я из этого сделал?

Теперь, придумывая идею, я всегда использую продюсерский прием «what if?»
Что если... и дальше подставляю то, что невозможно представить. Барби плачет. Кинг-Конг боится высоты. Русалочке пришили ноги, но у неё аллергия на обувь.

.

Лента моего инстаграма* переполнена рекламой фильма «Грозовой перевал». Марго Робби выглядит слегка напуганной (как белочка с ружейной дробью в жопе). Над ней нависает лихой вонзала Джейкоб Элорди.

Помню, в университете на экзамене по зарубежной литературе мне достался вопрос про этот роман Эмили Бронте:

— Можно ли считать любовь Кэтрин и Хитклиффа аморальной?

Я сказал:
— Скорее некрофильской. Он же ее и после смерти затрахал.

Из аудитории меня выгнали.

Фильм «Грозовой перевал» мне не понравился. И я решил пересмотреть Марго в розовом — «Барби». А заодно написать о музыке к этой картине в нашей рубрике «Бах педальный».

Рассчитываю максимум на 7-8 лайков.

Читайте прямо сейчас:

*Запрещен…

ГРЕШНАЯ КАФЕДРА

Я не очень-то верю в реинкарнацию.
На первом курсе университета я подрабатывал тем, что писал захватывающие гороскопы сразу для трех изданий. В них верила даже моя мама.
Но однажды в Гималаях, в деревне Ганготри, я встретил ведического астролога по имени Раму.
Проводник сказал про него: «Он прочтет тебя до конца». Я согласился. Не зря же меня издавали…

Я даже не успел спросить, кем я был в прошлой жизни. Он начал первым.
— Ты служил пастором в итальянской церкви. Но был не очень святым отцом. Устраивал пиры и оргии с куртизанками прямо в базилике. А потом случайно сжег её.
Я мысленно подвел итог: нетребовательные девушки из предместий, вино, свеча, сквозняк.

— И тебя за это изгнали. С тех пор ты ищешь новую церковь.
Я подумал: в принципе подойдет и съемочная площадка. Какая разница, где проповедовать. А уж вино и интеллигентные бесприданницы на этой кафедре встречаются чаще, чем в итальянском соборе.

Теперь я понимаю, откуда у меня такая связь с Италией. Там никто не требует святости. Там каждый камень говорит: «Да, было. И что?»
Сказано: уныние — смертный грех. А веселье — нет. Вот такие примерно мысли кружились в голове у «пастора», который всей душой стремился к аполлоническому началу, но погорел на дионисийском.

PS
Какой продюсерский вывод мы делаем из всей этой магии?

Хорошая история всегда важнее строчки в резюме. Продюсер должен уметь окружать своего артиста или эксперта легендами. Не выдумывать то, чего не было. А легендаризировать то, что было.
Можно было бы просто рассказать, как я люблю Италию, но зачем, если есть архетип: «грешный священник в поисках новой церкви». Делайте ставку на…

— Николай, если бы вам предложили создать шоу, где все участники роботы (неотличимые от людей), но зрители не должны об этом знать, как бы вы действовали?
Юлия

ЗАМУЖ ЗА РОБОТА

Чтобы скрыть, что робот — это робот, его надо заставить врать. Пусть в первой же серии признается, что изменял, брал взятки, лайкал бывших, пропил бабушкину пенсию.
После этого зритель скажет: «Ну, нормальный в принципе человек».

Робот без греха подозрителен. Я бы еще стакан водки ему налил для исповедальности.

Но давайте расширим повестку и поговорим о других реалити-шоу, полностью построенных на обмане.

У меня была идея: собрать в одном доме ярких провинциальных хищниц. Охотниц за богатыми холостяками.
Назвать шоу «Замуж за Дурова». И прямо в первой серии вывести им двойника Павла. Учитывая, что и сам…

А еще мне вспоминается идея шоу, которое точно бы запретили на нашем голубом экране. Не помню, кто автор, но передайте ему, что закон не велит.

В одном доме заперты одиннадцать мужчин. Десять из них — гомосексуалы* и только один натурал. Он вынужден притворяться геем, чтобы его не вычислили. Назовем это реалити «Концы в воду».

Каждую неделю участники голосуют за то, чтобы выгнать одного человека. Если натурал доживет до конца проекта, миллион долларов уходит ему.

Но только вы, зрители, знаете (а участники— нет), что все одиннадцать мужчин — натуралы.
Все ходят, играют, изображают, подмигивают.
Как говорил Шопенгауэр, не подозревая, что говорит об этом шоу: «Наша задача не быть, а казаться».

Главное запретить участникам секс, а то совсем не по-божески выйдет.

*движение ЛГБТ признано экстремистским и запрещено в РФ

Ставь 😈 и я расскажу, какие еще безумные шоу не вышли в эфир.
.

Вот мы и встретились с Сариком в суде.

Друзья!
Я обещал держать вас в курсе моих судебных разбирательств с Сариком Андреасяном.
Подробный текст в стиле «как мы любим» я напишу, когда процесс будет закончен.
Пока даю информацию.