Сидел сегодня в саду, щупал травинку ногой. Зелёную траву нынче только в своём с

Настолько противоестественное лето, что никто из ныне живущих такого не видел. Точнее, видел: в 2022-м, когда стукнуло сорок с копейками. Но тогда это был один день, аномалия. Сейчас мы живём сквозь абсолютный, без преувеличений, рекорд всех возможных рекордов: три с лишним месяца без дождя, и на улице непрерывный листопад из обгоревших листьев.

Середина августа. Лондон. Листопад.

И вот причудилась мне в этой жарище такая фантастика...

Как говаривал Джордж Карлин: планета в порядке. Это людям пизда. Планете вообще всё равно: она была растопленным камнем — и ничего, была снежком размером с саму себя — и ничего, ловила астероид, выбивший динозавров, — и ничего. Четыре с половиной миллиарда лет опыта самоспасения.

Так что «спасём планету» — это гордыня, бессмысленный выебон. Планета спасётся сама, с нами или, что вероятнее, без. Спасать надо нас. А вот у нас опыта как раз нет: наука ещё не доросла, чтобы с такой напастью совладать, и житие здесь скоро будет заказано.

И вот, представьте себе, впервые в истории все страны сплотились. По-настоящему, сверху донизу, без второго дна и без «а что нам с этого». И не декларациями — бюджетами. Всё, что человечество умеет вкладывать в то, чтобы друг друга ещё эффективнее убивать, перенаправляется на то, чтобы всем коллективно не сдохнуть.

Происходит рывок сразу во всём: в энергии, в материалах, в еде, в самом том, как мы договариваемся друг с другом. Инструменты приходится изобретать по ходу, и это не тормозит, а разгоняет: нет ничего бодрее, чем задача, которую ещё никто не умел решать, но надо.