ЗЕЛЕНОГЛАЗОЕ ТАКСИ

Мой косой взгляд фиксирует: на сцене в позе лихого вонзалы стоит Михаил Муромов. Все при нем: внешность неаполитанского жиголо, похмельный бриз долетает до пятого ряда.

Это сейчас он не пьёт. А тогда… я даже завидовал: он упарывался как черт, но на съемки регулярно приезжал. В состоянии «я лежу на снегу,
розовое запив белым».

Но как он пел! Он пел так, как будто разом прощал всех женщин, с которыми у него никогда не было.
В одном из ранних выпусков нашего шоу он изображал Фрэнка Синатру. Вот и сейчас он что-то мурлыкал по-английски.

Ко мне приходит бешеная ясность:
ну всё.
пиздец.
Аврил мимо.
Фуртадо в отказе.
Даже Хэдэуэй послал нас в жопу.
Значит, западную звезду снова изображает Муромов.

Я ничего не спрашиваю.
Делаю затяжной глоток «Агуши».
Машу рукой Михаилу.
Михаил машет в ответ.
Дальше чернота.
Я уезжаю.
Финал шоу снимают без меня.

И вот 31 декабря. Мы мчимся в Петербург.
По радио «Green eyed taxi not so fast».
Но голос чужой.
Как будто поёт астральное тело Муромова после разморозки в «Пятёрочке».
Я не знаю, кто это.
Но точно знаю — не наш Миша.
Кто же, сука, слил мою идею, и почему этот хмырь поет фальцетом?