«Ведущие Пятницы»

Легендарное продюсерское «если».
Мы заходим. На улице парень выбрасывает девочку в воздух на два метра.
Ловит её над асфальтом, не дрогнув.
Она выглядит не испуганной — она расстроена, что не докрутила аксель.

Я подумал: «А если не докрутим переговоры — кто нас поймает?»

Этери Георгиевна выходит как вырезанная из мрамора воительница. Мы садимся. Разговор — по делу. Быстро. Чётко. Без демагогии.
Я понял, почему раньше не получалось:
Ей не нужно было шоу.
Ей нужно было не подставиться.
А мы как раз и не хотели ведущую в кадре.
Мы хотели Её. Без фальши.
Через 40 минут мы вышли. Счастливые.
Она — согласилась.

Пятница полностью подстроилась под график Этери.
Она никогда не говорила: «Я устала».
Даже когда съемка длилась до трех ночи.
Ей не было жарко. Не было холодно.
У неё не бывает «состояния». У неё есть задача.

В начале она просила:
— Давайте меньше текста, я не актриса.
В конце записывала подводки с одного дубля.
Лучше, чем у ведущих с десятилетним опытом.

Если героиня не худела, Этери грозно роняла:
— Пересматривайте методы. Делайте, что хотите. Это недостаточно!
— У неё была травма ноги…
— Пусть работает руками!»

Вот уже третий год я смотрю «Больших девочек», но сам пока не уменьшился. А все потому что надо мной лично не стоит Этери с железной плетью.

Именно поэтому шоу «Большие Девочки» работает: участницы боятся её больше, чем сахара в чае. И восхищаются. Как смертные восхищаются палачом, который точит топор под оперу Верди.