«Ведущие Пятницы»

«Ведущие Пятницы»
В этой рубрике я рассказываю, как становятся ведущими телеканала «Пятница». Кто нам нужен, кого мы ищем, как я утверждают ведущих.

ЭТЕРИ ТУТБЕРИДЗЕ
как мы уговорили бурю сесть в гримёрку

Когда на Пятнице стартовало шоу «Пацанки», я твердо решил, что вместе с девчонками брошу материться.
На дворе десятый сезон. Но никто и не обещал, что терапия будет быстрой.

Потом меня разнесло так, что в аэропорту меня взвешивают как непрошедший багаж.
Тогда мы запустили шоу «Большие девочки», и я сказал:
— Буду худеть вместе с ними.

В шоу — 13 участниц.
Каждая — 120 килограммов ярости, ранимости и школьной привычки не выходить на физру.
Каждая хочет сбросить вес и вернуть себе жизнь.

Но кто способен сдвинуть нас с мёртвой точки?

Мы сели на редакторскую летучку.
Я сказал:
— Нам нужна Этери.
Коллеги сказали хором:
— Она пошлёт нас в жопу.
Я ответил:
— Друзья, мы там не раз бывали.
И легко найдем дорогу обратно.

Имя Этери означает «воздушная», «высоко парящая», «небесная» и «я тебе сейчас конек в жопу засуну и сделаю чемпионом».

Она и Родина‑мать, и богиня Кали для своих фигуристок, и голос в голове фигуристки, который говорит:
«Вырежи эмоции, добавь результат».

Этери Георгиевна Тутберидзе — образец той трудовой этики, которую я так люблю. Либо становишься чемпионом — либо под лед закатаю.

Почему Этери?

Потому что здесь не нужна селебрядь.
У нас проект про волю. Про самосожжение.
Нам нужна ведущая, которую девчонки будут бояться больше, чем диагноза «ожирение».

Но есть проблема: у Этери — чемпионаты, золото.
А у нас — хрюкающие весы и слезы, которыми пропитаны коврики в тренажерке.

Она отказывалась.
Мы отказывались от всех остальных.
Костры дедлайнов лизали наши продюсерские жопы.

И тогда за дело взялся генеральный продюсер Борис Волков.

Слово Борису Волкову:

«Я приехал в ледовый дворец «Хрустальный» с руководителем проекта Алиной.
Алина пообещала:
— Если Этери согласится, я на время проекта брошу пить.

Легендарное продюсерское «если».
Мы заходим. На улице парень выбрасывает девочку в воздух на два метра.
Ловит её над асфальтом, не дрогнув.
Она выглядит не испуганной — она расстроена, что не докрутила аксель.

Я подумал: «А если не докрутим переговоры — кто нас поймает?»

Этери Георгиевна выходит как вырезанная из мрамора воительница. Мы садимся. Разговор — по делу. Быстро. Чётко. Без демагогии.
Я понял, почему раньше не получалось:
Ей не нужно было шоу.
Ей нужно было не подставиться.
А мы как раз и не хотели ведущую в кадре.
Мы хотели Её. Без фальши.
Через 40 минут мы вышли. Счастливые.
Она — согласилась.

Пятница полностью подстроилась под график Этери.
Она никогда не говорила: «Я устала».
Даже когда съемка длилась до трех ночи.
Ей не было жарко. Не было холодно.
У неё не бывает «состояния». У неё есть задача.

В начале она просила:
— Давайте меньше текста, я не актриса.
В конце записывала подводки с одного дубля.
Лучше, чем у ведущих с десятилетним опытом.

Если героиня не худела, Этери грозно роняла:
— Пересматривайте методы. Делайте, что хотите. Это недостаточно!
— У неё была травма ноги…
— Пусть работает руками!»

Вот уже третий год я смотрю «Больших девочек», но сам пока не уменьшился. А все потому что надо мной лично не стоит Этери с железной плетью.

Именно поэтому шоу «Большие Девочки» работает: участницы боятся её больше, чем сахара в чае. И восхищаются. Как смертные восхищаются палачом, который точит топор под оперу Верди.

Неделя фэтшейминга.
Тренинг: как реагировать на тех, кто называет тебя жирной.
И тут Этери вдруг говорит:
— Я получаю хейта не меньше вас.
Я, возможно, самый одиозный тренер в стране.
Пауза.
— Но у меня есть правило.
Мне насрать.

Услышав эту золотую формулу, я понял, что передо мной великий продюсер.
Ведь «мне насрать» — это практически катехизис современной телеэстетики.

.