МЫ КОНТЕНТ ПИЛИЛИ-ПИЛИЛИ

Что же такое контент? Искусство? Нет. Говно? Тоже нет.
Возможно, это говно с веточкой петрушки?

Потреблять контент — формула, в которой чтение заменили пищеварением. Чтение требует усилия, а у контента есть хук, шок, интрига, разрыв шаблона. Он сам лезет в глотку. Это литература для рыб — проглотил и забыл.
Человек думает, что это — жизнь.
А это перистальтика.

Однажды вы напишете красивый текст, процитируете Варлама Шаламова. А редактор сощурится и скажет: «не, нам такой контент не по юнит-экономике». Негодный контент. И вот тогда Ожегов и Шведова наконец соберутся и отпиздят автора этого выражения. А академик Виноградов еще и обоссыт.

— Ты знаешь, что такое настоящая проза? — спросит Евгений Водолазкин у контент-мейкера.
— Это лонгрид, — ответит тот. — Тысяч на десять знаков, с эмоциональной аркой и кликбейтным заголовком.

Я долго злился. Но потом подумал: ну сколько можно носиться с этой литературой? Зачем я помню, как пахли сигареты «Космос»? И какая была обложка у Бахтина в 1965-м году?

Контент хотя бы не врет. Он не обещает бессмертия. А литература прикидывается важной, нетленной.

Я хотел закончить этот текст как Лимонов: я плюю на ваши платформы, прогревы и пиздоворонки! Но, думаю, кому я вру? Я сам всем этим пользуюсь в инстаграме, в телеграме.

Поэтому, когда на очередном подкасте ведущий скажет:
«Ну чё, погнали, мужики, сегодня у нас гость — писатель Сорокин, заходите в чат, там бот с мерчем».

И я зайду.

Контент выпилил
младший копирайтер
Карельской лесосеки N1
тиктокарь шестого разряда
Картоз