ЭСКОРТ-РЭП

«Война и мир» Толстого — пустое чтение. Ведь неясно, сколько стоят котлы на запястье у Наташи Ростовой.

В авангарде этого блистательного шествия, разумеется, Моргенштерн*. Это особый талант — написать альбом, в котором каждая вторая строчка — бренд, а каждая первая — сумма. Лучший текст Моргенштерна* — это чек.

В эскорт-рэпе «гуччи» рифмуются с «пучит», «ламборгини» со «свиньи», и аудитория, затаив дыхание, ловит эту высокую, пушкинскую простоту.

Моя сука — Gucci. Моя сука — Prada.
Моя сука лижет мой член из шоколада.

У каждого поэта — своя муза. Блок воспевал «прекрасную даму». У Пушкина — «гений чистой красоты». О какой же даме поется в эскорт-рэпе?

У неё нет голоса и лица. Она — набор параметров: размер груди, стоимость часа, количество пластических операций. Она может быть описана только в терминах luxury: «дорогая, как мой порш», «на ней платье за три ляма». Поэт воспевает не женщину. Он воспевает платежное поручение.

Патриарх направления, Тимати, уже на пенсии, но его наследие бессмертно. Ему на смену грядет SODA LUV.
Он же Владислав Русланович Терентюк из города Ухты.
Парень, который поет голосом робота-пылесоса о том, как он мутит в Дубае.

«Своей слюной она лечит мой член»

«Дети попали на лобик, будь собой, соси с любовью»

Слушаешь — и думаешь: к чему бы придраться. Но не к чему. Пустота оформлена идеально.

Эскорт-рэп — это бизнес-план, положенный на бит. Еще несколько моих любимых рифм:
Гойя — ой, бля
Майбах — дай так.