Когда мы вернулись из Шамони, я подцепил какую-то совершенно злоебучую вирусню и

Одними таблетками дело, конечно, не ограничивалось. Надо было еще массировать какие-то точки в разных частях туловища, дышать ебучей картошкой, прикладывать горячие яйца то к носу, то к горлу, участвовать в других национальных аттракционах. И при этом болели мы постоянно. И выздоравливали почему-то не дохуя быстро, при всех этих ухищрениях.

Может, это был сугубо наш такой семейный прикол. А может, в Новосибе и вообще в России так принято: если организм подал сигнал, надо не слушать его, а устроить вокруг него языческий фестиваль лекарств, ритуалов и паники. Хотя, судя по тому, как люди массово начинают выть от здравоохранения, едва выезжают из России, подозреваю, что это все же национальная особенность.

Когда я переехал в Таиланд, я вообще забыл, что такое привычные болезни. Непривычные, кстати, тоже меня особо не навещали. Разве что один раз я, будучи пьяным, уебался с байка, полил ногу Jack Daniel’s, как настоящая деревенщина из фильма про Техас, а утром не смог на неё встать. В госпитале мне потом сказали, что если бы я приехал на шесть часов позже, её бы мне, возможно, отпилили нахуй. Вот это уже была медицина без фольклора, сразу с конкретикой.

Там же мы познакомились с Машкой, и она научила меня одной великой мысли: таблетки нужны в основном обезболивающие, и то только когда внатуре болит так, что жизнь начинает терять смысл. С тех пор я живу примерно по дедовскому завету: если простуду лечить, то она пройдет за неделю, а если не лечить, то за семь дней.

Но в этот раз что-то пошло не так. Я болел месяц, а может и дольше, и чувствовал себя довольно ебано. Хотя тут попробуй еще разберись, от чего именно тебе ебано: от болезни или от того, что ты вайбкодишь с десяти утра до четырех ночи поверх всей остальной работы, которую никто не отменял, и поверх собственно болезни. В 38 лет уже понимаешь что болезнь не всегда можно отличить от счета за образ жизни.