ЧУНГА-ЧАНГА

ЧУНГА-ЧАНГА

Близился юбилей композитора Шаинского. Программа «Главный герой» отправила корреспондента Пашу Селина в Америку, где Владимир Яковлевич жил со своей молодой женой.
Их первый диалог был таким:
— Скажите, когда вы написали «Чунга-чангу»?
— А хуй его знает!

И тут же за роялем поет:
Чунга-Чанга в жопе три гвоздя,
Чунга-Чанга вытащить нельзя.

Признаюсь, мы не были готовы к тому, что детский композитор будет давать интервью матом.

Паша Селин смонтировал сюжет. Я смотрел его и понимал, что, если запикать весь мат, сюжет превратится в сплошной десятиминутный гудок. У меня задергался глаз.

Свое мнение об этом интервью я выразил языком Шаинского: «Вы что, совсем охуели?! Люди подумают, что это какое-то блядство, издевательство и неуважение к композитору. Мат в пять раз сократить, а оставшееся запикать».

Несмотря на мое цензурное вмешательство, реакция зрителей была сокрушительной. Посыпались сотни возмущенных писем, содержание которых сводилось к тому, как мы посмели оболгать знаменитого композитора и заставить его ругаться матом.