Наша новая рубрика «Стендап шёпотом»

Варя, 26 лет

Садись, Варвара. Пошепчемся.

Догадываюсь, о чём ты думаешь. Куда бы ты ни пришла — в новую команду, в соцсети, в отношения — ты всё время чувствуешь: я не такая. Я тут не вписываюсь.
И в голове включается механизм: сейчас я себя немного уменьшу — и меня примут. Голос потише. Взгляд пониже.
Атлант ссутулил плечи.

Это самоубийство, Варя. То есть — убийство себя.
Ты родилась не такой, как вон та бессловесная гнида у кулера. А здесь нужны только такие.

Когда мне было двадцать, я выглядел как погребальные дроги стоймя. Слишком высокий, слишком худой, слишком зелёный от сорока сигарет в день. Мне даже мать сказала: «Ты, сынок, на любителя».
Я никуда не вписывался. Преподаватель консерватории послушал мою музыку и сказал: «Её надо в метро на баяне играть».
И тогда я решил, что я сам стану форматом.

Помнишь, как это началось?
Тебя с детства учили быть удобной:
— Не говори так.
— Девочки так не говорят.
— Ты слишком эмоциональная.

И ты начала играть — чуть легче, чуть тише, чуть веселее.
И с каждым разом — чуть дальше от себя.

Возвращайся обратно, Варя.

Расскажи, как ты прятала себя, чтобы приняли?

Ты смеялась, когда хотелось уйти?
Говорила мягко, хотя внутри был крик?
Соглашалась со всем, чтобы не быть тяжёлой?

А теперь скажи, какая ты на самом деле. Как есть.

Злая на язык — но честная.
Молчишь до последнего — но не предашь.

Ты точно глубже, чем твои фотки в профиле, Варя.
И это не проблема. Это станет твоим личным форматом.
Я ничего в себе не убивал, чтобы кому-то понравиться. Я компенсировал говнистость — обаянием. Цинизм — заботой.