ПЕРВАЯ МУЗЫКА ПОСЛЕ СЕМИ ЛЕТ ДЕПРЕССИИ

ПЕРВАЯ МУЗЫКА ПОСЛЕ СЕМИ ЛЕТ ДЕПРЕССИИ

Осторожно:
не содержит мата

Имя Николай Картозия не годилось. Оно было опорочено русским телевизионным продюсером. Композитору Николаю требовалось новое имя. И биография. Мне было важно понять, чего стоит моя музыка без телеканала Пятница. Иначе бы пришлось читать комментарии вроде: «Николай, у вас такая проникновенная музыка, скажите, как стать ведущей ‘Орла и решки’»?

Полгода назад я нарушил молчание и рассказал о том, как русский продюсер Николай Картозия стал композитором Nico Cartosio, записал свой дебютный симфонический альбом с дирижером Ганса Циммера, дважды вошел в Top-20 Billboard и стал академиком GRAMMY.

А недавно я листал записи в диктофоне и наткнулся на несколько тактов моего адажио «Снег над землей» — первое, что я смог сочинить в 2017 году после семи лет тяжелой депрессии.

КОМПОЗИТОР КОЛЯ CARTOSIO

Уже неделю я открывал глаза в 7 утра. Этажом выше упрямый детский палец пытался выбить из фортепьяно душу: до-ре-ми-фа-соль-соль. И снова. И снова. Я вспомнил слова этой садистской песенки:

В погреб лезет Жучка
С нею кот,
Если в небе тучка —
Дождь пойдет.

Так настойчиво и обреченно умеют играть только маленькие девочки, лишенные детства и слуха.

Злыми молоточками она вбивала мне в мозг последний гвоздь: «ре-ре-до. дождь пой-дёт».

За окном шел снег. Кончался ноябрь.

Ничего, милая, я отомщу тебе сегодня ночью.

Пятница забирала у меня весь световой день. Писать музыку я начинал в полночь и заканчивал в два.

Вдохновение рядового композитора – это не великие озарения, это жопочасы, проведенные за инструментом.
Наше все и первый русский саунд-продюсер А.С. Пушкин говорил: «Вдохновение — это умение приводить себя в рабочее состояние».

Я уже год жил один. Жизнь без любви имеет свои преимущества. Сердца низкий расход. Сны, в которых уже не хочется никого победить. Время, рассчитанное на одного. Продюсируй и не оглядывайся.

Музыка сочинялась, но как-то механически. Пальцы передавали только внутренний холод.

Год назад мы расстались с М.
Певица и композитор, она ушла, посвятив мне на прощание песню. Я не стал слушать. А спустя год нашел файл в какой-то дальней папке и включил. Что я почувствовал? В терминах силы и артикуляции звука это состояние можно обозначить: Adagio con dolore. Замирающе, печально.

И вдруг я понял, что М. летела через мою жизнь пронзительным вдохновением, а мой депрессивный, слабый на дофамин мозг был просто не в состоянии это осознать.

Теперь я снова ощутил, что могу слышать людей как музыку.

В детстве в моей голове кружилось сразу два потока мыслей: один передавал смысл словами, второй — мелодиями. Я мог «услышать», как звучит яркий свет или что за музыка — ссора родителей. Я понимал человека как мелодию. Это было удобно. Можно было явиться на день рождения без подарка (денег катастрофически не хватало) и в качестве поздравления «услышать» именинницу как музыку.
— Хочешь узнать, какая ты мелодия?
Неслабый подкат для двенадцатилетнего пиздюка.

Я сел за ф-но.
М. звучала в моей голове в тональности соль-минор. Я начал записывать — по комнате плыло облачко печааального адажио. Ну, думаю, пусть знает (выразительный взгляд вверх, закушенная губа), что я не только в «Азбуку вкуса» за грушами ходить могу.

Через несколько дней пьеса была готова. Я назвал ее «M-moll». Она стала первой композицией в моем дебютном симфоническом альбоме. Правда, позднее мой вымоченный в шоу-бизнесе мозг придумал название «Snow Above The Earth». Но насчет адресата можно не сомневаться.

В 2019 году вышел мой первый альбом Melting.

Последние пять лет я работал одновременно над новым симфоническим альбомом, балетом, циклом фортепьянных пьес и духовных песен. Надеюсь, в этом году смогу все записать. Но прежде я должен кое-что закончить. Нужно поехать в тот тонущий город, где когда-то все началось, и сыграть адажио «M-moll» на церковном органе, для которого оно и было написано. Церковь святого Иоанна Богослова? Подойдет )