ЗЛОЕБУЧИЙ

ЗЛОЕБУЧИЙ
как я учился управлять гневом

Во времена работы на НТВ я пил каждый день. Начинал в обед, и к вечеру во мне сидело пол-литра. Выпускать «Программу Максимум» на трезвую голову было решительно невозможно.

При этом я не входил даже в топ-3 пьющих руководителей канала. Возглавлял хит-парад наш обожаемый шеф, который родился на урановых рудниках в Германии, и, надо полагать, из урана был сделан.

Я пил каждый день, но иногда случались запои (как у Довлатова). В момент наивысшего помрачения я попытался взять штурмом правительственный подъезд телецентра. Полицейские отказывались меня пропустить. Но не потому, что я не был членом Правительства РФ. Я пытался попасть в телецентр на четвереньках.

Я впал в крайнее озлобление. Попробовал разоружить охрану. Вырвался. Побежал. Снова упал на колени и понесся на них по мраморному полу, пока не уперся головой в твердое. Я поднял глаза.

Мужчина в возрасте говорил что-то укоризненное. И я возразил: «Да ты, блядь, знаешь кто я такой? Я сейчас начальнику охраны телецентра позвоню». На что мужчина мягко сказал: «Коленька, начальник охраны телецентра — это я».

Но и трезвым я был не лучше. Злоебучий, лютый, нетерпимый.

Известная в продюсерских кругах фраза «Картозия рвала и металла» была не просто фигурой речи. При этом я, конечно, был уверен, что гнев мой праведный. «Ибо люди тупы и ленивы». Я никогда не задумывался, что, возможно, это со мной что-то не так.

Однако следует различать веселые, подбадривающие пиздюли и пиздюли мрачные.

Первые, не оскорбляющие человека, являются известным в нашей среде катализатором работы. Но я раздавал только вторые.

Я заводился с полоборота, орал, анал и дымился. В то же время не могу не отметить, что рассказы о том, как я кидался в людей пепельницами, — пиздеж. Это фирменный прием высочайшего гендиректора другого телеканала. Заварочным чайником — было. Ну и мобильные телефоны в стену швырял.

А потом я завязал с алкоголем и задумался: гнев, конечно, мощное ракетное топливо, но отдача утомляет не только всех, но и меня. Гнев обесточивал, приводил в совершенно дисфункциональное состояние.

Я пытался разобраться: чем был мой гнев? Профессиональной привычкой? Или, как говорят буддисты, омрачением?

Вот, скажем, Дон Корлеоне тоже огорчался из-за людского несовершенства, однако же никогда не орал: «Вы пидорасы! Я вырежу вам сердце и сделаю из него плескавицу, которую вы, суки, будете жрать на коленях в предместьях Бирюлева Восточного». Он говорил тихо.

Я начал читать научную литературу и вычитал такое, что пошел к клиническому психологу.

Оказалось, промышленное потребление алкоголя нарушило не только мой имидж, но и нейромедиаторный обмен. Засбоила амигдала, которая управляет эмоциями. Мне прописали препараты — и через полгода я стал полегче.

Я понял, что гнев не являлся свойством моего характера (самое популярное оправдание).
Привычкой отчасти являлся, но в большей степени — следствием нарушенной биохимии, которую удалось починить.

Вы злоебучий? Не стесняйтесь отнести кукушку к профильному специалисту.

Я, конечно, и сейчас могу взорваться, но коллеги с НТВ и коллеги, которые наблюдают меня в последние четыре года на Пятнице, расскажут вам о двух совершенно разных Картозах.

Несколько лет назад я съездил в Кашмир. Мой «духовный дилер» познакомил меня с просветленным старым хреном. В момент знакомства он пребывал в медитации.

Он сидел на холодном полу, не страшась простатита. Ибо зачем эрекция просветленному. Я сел рядом и вдруг почувствовал абсолютную безмятежность.

Часа через три мастер открыл глаза, и нам удалось поговорить. В частности, я спросил его о природе гнева. Он ответил приблизительно следующее:

— Никакого гнева нет. Есть застрявшая психическая энергия, которую, в силу привычки, ты называешь гневом. Закрой глаза и безоценочно изучай этот сгусток. Не называй его никак. И он растворится.

С тех пор я так и делаю, даже если вопль «Еб вашу мать!» успевает вырваться из меня раньше.

PS
Борьба с выгоранием и всем, что вас обесточивает, — важнейшая задача продюсера.

А что отнимает силы у вас?